Когда Буффон был молодым, а Уткин призывал платить налоги

Кажется, прошла целая жизнь, однако один из участников матча «Парма» – «Марсель», который состоялся в Москве 12 мая 1999 года, по-прежнему в строю. Джиджи Буффону сейчас 42. Он живая легенда «Ювентуса». А 21 год назад автору этих строк, присутствовавшему тогда в «Лужниках», 21-летний Буффон казался живой легендой «Пармы»…

Это был первый и последний случай, когда я взял у профессионального спортсмена автограф. Никогда этим не баловался (не понимал смысла), а тут не удержался. После церемонии награждения счастливый, бесподобный уже тогда Буффон подбежал к трибуне и начал расписываться на всем, что ему протягивали болельщики, – вот и я подставил свой билетик.

Потом долго хранил дома «загогулину», начертанную рукой великого вратаря. Но, в конце концов, реликвия куда-то подевалась. Жаль. Сейчас было бы очень интересно узнать, за сколько тот билет покупался. Помню только, что для меня, студента первого курса, это были огромные деньги. Хотя, о чем я тогда не догадывался, РФС, опасаясь низкой явки, убедил УЕФА напечатать билеты четвертой ценовой категории, которые обычно на финалах еврокубков не распространялись.

В итоге стадион заполнился почти под завязку (67 тысяч). И, несмотря на промозглую погоду, для меня с друзьями футбольный праздник точно удался. Я впервые побывал в «Лужниках» после их реконструкции. И искренне поражался увиденному. По меркам 1999 года козырек над трибунами смотрелся космически. Пластиковые сиденья казались верхом комфорта. Такие странные, наивные были времена…

 

Сходить на игру мы решили еще осенью 1998-го, сразу после того, как президент УЕФА Леннарт Юханссон отдал финал «Лужникам», предпочтя их родной для шведа стокгольмской «Росунде» . Нельзя сказать, что до этого Москва в 90-е была обделена большим футболом. Сюда приезжали «Реал», «Интер», «Аякс», «Наполи» с Диего Марадоной. Но финал Кубка УЕФА представлялся нам какой-то нереальной вершиной, выходом нашего футбола в другую галактику.

Так, собственно, и было. Матч «Парма» – «Марсель» показал Европе готовность России даже в столь непростое время (еще год не прошел с дефолта 1998-го) организовать по-настоящему масштабное событие. Футбольный «железный занавес» (а финалы еврокубков ни разу не проводились и в СССР) окончательно поднялся. И на горизонте, теперь-то мы знаем, замаячили финал Лиги чемпионов и даже чемпионат мира.

Конечно, вывеска у финала 1999-го могла быть и ярче. Многим, и мне в том числе, очень хотелось, чтобы в Москву приехала «Сельта», в которой и в тот год творили чудеса. И ведь шансы были. Но, увы, в четвертьфинале клуб из Виго обидно уступил «Марселю»: после гостевого поражения 1:2 галисийцы сыграли 0:0 на «Балаидос», где обычно никого не щадили.